В.Дубровин "Арабатская стрелка в июне 1855 года"

часть четвертая

            Тем временем, пока Михаил Борисович отражал, как мог, мелкие наскоки союзников и каждый день ожидал высадки сильного десанта на Генический берег, совсем неподалёку, почти на его глазах, англичане совершили попытку проплыть Сивашом к Чонгарскому мосту.

            План разведки был разработан со всей тщательностью в штабе контр- адмирала Лайонса. Там знали, что Чонгарский низкий деревянный свайный мост длиной около 350 метров, не считая насыпных дамб - прочное, надёжное сооружение. Сваи его и пролёты – огромные стволы вековых дубов, в своё время доставленных морем от устья Дона. Знали, что мост охраняется круглосуточно сильным отрядом, при орудиях и вывести его из строя совсем непросто. Разведчики должны были, не обнаруживая себя, отыскать проходы к мосту в лабиринте сивашских мелей и определить возможность нанесения ему максимального ущерба.

            Предприятие обещало быть вполне безопасным - мощные бинокли английских моряков позволяли им замечать русские наблюдательные посты на мысах с большого удаления, оставаясь практически невидимыми, а посреди обширных и пустынных пространств сивашских болот и вовсе можно было ничего не опасаться. Нелишне будет упомянуть, что во всём Геническом отряде русских войск не было даже плохонькой подзорной трубы.

            И тем не менее, для большей безопасности и соблюдения тайны, совершать всякое передвижение разведчикам предписывалось только в ночное время. 22 июня две лёгкие быстрые шлюпки – гички были перетащены поперёк Арабатской стрелки и спущены в Сиваш.

            В первой гичке находились сам командующий «Лёгкой эскадрой» Шерард Осборн с четырьмя матросами, в другой – лейтенанты Коммерел, командир «Весера» и Хортон, командир «Горячего» с пятью матросами. Они за ночь проплыли двадцать или тридцать миль, везде натыкались на мели и что бы не быть обнаруженными с наступлением дня, до рассвета вернулись обратно. Осборн убедился, что дело намного сложнее, чем предполагалось, да пожалуй и опасней.

            Всё же он решил следующей ночью повторить попытку, взяв с собой проводника – Алексея Ницо, а пока что приказал спрятать шлюпки на косе. И вот англичане вновь вышли в Сиваш, после десятичасового тяжёлого плавания через водное пространство с глубинами преимущественно от 60 до 120 сантиметров, их застал рассвет, а до моста было ещё не менее 6 миль. Со своими шлюпками англичане затаились в солёных сивашских болотах под палящим солнцем до наступления темноты. Им хорошо был уже виден и сам мост и бесконечные обозы следующие по нему. Казалось, плыть осталось всего ничего.

            С наступлением ночи шлюпки продолжили плавание, однако скоро пришлось остановиться перед непроходимыми мелями с глубинами 10 – 15 сантиметров и очень топким дном, где нога вязла по колено и ниже. Такое обстоятельство обрекало на заведомую неудачу любую попытку нападения на мост - не было возможности ни тащить шлюпки ни брести к мосту с оружием и взрывчаткой, а до него оставалось ещё более трёх миль.

            Осборн писал в донесении, что проводник винил в неудаче ветер; мол, с переменой ветра на западный уровень воды поднимется и даст возможность выйти на чистую воду у моста. Алексей Ницо попросту дурачил англичан. Нагонным для западной части Азовского моря и Сиваша, связанного с ним проливом Тонким, является как раз восточный ветер, который и гонит через пролив воду в Гнилое море. Проверять утверждение проводника, ждать у моря погоды, незадачливым разведчикам не приходилось и было ясно, что разведка окончена и время возвращаться.

            Они повернули обратно и 26 июня, совершенно обессиленные, изможденные вернулись к своим судам. За оказанные услуги и видимо в расчёте на будущее сотрудничество Осборн заплатил проводнику сотню фунтов стерлингов и тот, обрадованный, просил отпустить его на маленькой лодчонке в одиночку отыскать проход к мосту. В уверение что вернётся, он отдал Осборну на сохранение все свои богатства.

            Деньги в залог – для англичанина нет солидней гарантии, проводника отпустили и только его и видели. Не допуская мысли, что он сбежал, бросив свой капитал, англичане решили, что его арестовали русские власти; кроме всего прочего были в затруднении как поступить с его деньгами, а было их в звонкой монете английских соверенов и французских наполеондоров, общей суммой 103 фунта стерлингов. Осборн доложил контр-адмиралу, сэр Лайонс запросил адмиралтейство, лорды приказали отослать деньги в английское посольство в Константинополе. Насколько известно, никто за ними не явился и они там лежат, наверное, до сих пор. Но о деньгах упомянуто к слову.

            Главным обстоятельством было исчезновение проводника, что поставило крест на продолжении плаваний англичан по Сивашу. Отчёт о разведке командующие английской и французской эскадр на Чёрном море отослали своим военным министрам и всё на этом закончилось. Тот особый интерес к Геническу и Арабатской стрелке, который питали союзники, угас.

            Никогда больше «Лёгкая эскадра» не появится в здешних водах в полном своём составе. Только дежурное судно на рейде с функцией наблюдения или 2-3 канонерки для обстрела либо нанесения ещё какого-то вреда. Вот ещё в Августе, когда остальная часть моря будет для союзников под запретом, можно будет видеть у Геническа 5 и даже 6 судов. Но действия их в отношении Чонгарского моста до самого конца войны можно характеризовать только как демонстративные, имеющие целью отвлечение на его защиту какие-то силы русских войск. Русское же командование после этого случая логично принялось усиливать охрану и оборону Чонгарского моста. Теперь в Сиваше перед мостом во всякое время находилась дежурная гребная канонерка.

            Что касается Алексея Ницо, он переплыл на своей лодчонке Сиваш, после чего явился в Керченскую группу войск генерала Врангеля, располагавшуюся между Феодосией и Арабатом. Именно оттуда, дней через 10, был извещён князь Лобанов-Ростовский о плавании англичан по Сивашу в общих чертах. Князь был расстроен. В своём рапорте начальнику штаба Южной армии он отрицал саму возможность подобного предприятия, пространно и аргументировано объяснял, почему этого не может быть и как хорошо у него поставлено наблюдение за Сивашом. В заключение он всё - таки признал, что какая-то часть правды может иметь место, однако очернил Алексея как только мог и даже грозился повесить.

            

            Дубровин В.М.

            Читать далее...

            Читать предыдущую часть..

            термины, справочник и библиография

            Еще от автора - В.Дубровин "Крестный отец Геническа"

            Еще от автора - В.Дубровин "Чёрный туман в проливе Тонкий"

            Еще от автора - В.Дубровин "Арабатская стрелка в июне 1855"

            Еще от автора - В.Дубровин "Западное побережье Азовского моря в июле – декабре 1855г."

Вернуться в раздел "Статьи и публикации"
Вернуться на первую страницу сайта

Информация получена и размещена 10-9-2011


www.genichesk.com.ua ©

2004–2018 © www.genichesk.com.ua
Администратор сайта — Семен Абрамович Кац (с)
Защита фото и авторской графики
Есть что сказать?