Хроника событий в районе Геническа.

По материалам известий Таврической архивной комиссии под водительством А.И. Маркевича. ( 1 ).
«Сим сообщается всем Губернским , Присутственным , Предводителям Дворянства , Губернским и Уездным начальникам Округов Военного поселения , Уездным и полицейским местам и пропечатать в свединии в Газетный стол : Указом Правительствующего Сената от 24 ноябри за № 49.311 Херсонская и Таврическая губернии и Бессарабская область объявляются состоящими в военном положении. Дня 29 декабря 1853г.» ( Госархив Херсонской области №6 2004г ). В связи с начавшимися военными действиями у берегов Крыма администрация губернии дала указание: в казначействах Феодосийском, Евпаторийском и Ялтинском (а Геническ относился к Феодосийскому) велено было оставить только самые необходимые суммы на ближайшие расходы «и не в звонкой монете, а в депозитках»; оставлено было от 300 до 500 р. земского, татарского продовольственного фондов и пансионных денег, остальные же отправлять «все до копейки».
В случае высадки неприятеля Феодосийскому казначею велено выехать в Мелитополь, с конвоем. Туда же и присутственные места Алешек и Бердянска. Чиновники же остаются на местах до последней возможности, исполняя свои обязанности.
Настроение населения губернии перед войной было очень твердо, приподнято, выражавшееся в радушной встрече вступивших в пределы губернии войск и делаемых в их пользу пожертвованиях, в т.ч. армянами и татарами. Татары прибрежных селений везде радушно встречали казаков. Особо радушно в Мелитополе, в экономии графа Толстого, Рахманова и др. Большое радушие обнаружили ногайцы деревень Кильчик и Мустапой. На пунктах растахов заготовляли фураж, подвозимый на обывательских подводах (с. 10).
В феврале и марте 1854 г. передвижение войск, вследствие глубоких снегов (зима эта была очень продолжительна), а затем распутица, было весьма затруднительно. Доставка сена из дальних селений была невозможна, а в ближних деревнях запасы истощены. Тем дороже были пожертвования. Так Амадей Филибер пожертвовал 1200 пуд сена, Франц Филибер – 800 пуд, экономия Сокологорского 150 пуд, мелитопольский купец Набиркин 200 пуд, обыватели Мелитопольского уезда 150 руб, менонит Иван Корнис устроил мост через р. Тещенак (истратив леса на 1000 руб.) из-за половодья.
Татары и ногайцы Сары-Булата (Н-Троицкого) довольствовали войска хорошей пищей. Мелитопольский уезд весной 1854 г. поставил 2000 подвод от государственных крестьян и пожертвовал денег 4443 р. 84 к. Рахмановы и Рыковы пожертвовали 1200 белых хлебов, 62 пуда пшена, 102 ведра водки.
Особо радушно встретили ногайцы-крестьяне уезда обеспечив переправу 4 и 5-й легких батарей у села Единохт, проведя по глубокой воде на протяжении более полуверсты. Менониты и колонисты дали 630 подвод для 17 пехотной дивизии. Устроили мост и перевели солдат через р. Молочную, где несло огромные льдины. Пушки сняли с лафетов и перевезли с помощью ногайцев.
Все пожертвования были непритворны и вызывали искреннюю благодарность начальников частей губернатору за оказываемое войскам радушие. Губернатор Пестель докладывал: «Жители, забыв различное свое происхождение, слились в одну российскую семью для встречи, провода и угощения войск. Дворянство, купечество, граждане, государственные крестьяне, русские, ногайцы, колонисты-немцы побеждали друг друга избытком радушия и готовности содействовать к удобнейшему следованию войск». (с. 13). Но события показали вскоре, что не все элементы населения Тавриды были благонадежны.
Так, при выходе неприятельских войск на берег был один турецкий паша, и татары при встрече его, приветствовали его криком «ура!» (Сообщал пристав Шацило). Стряпчий Архипов доносил губернатору, что заметил среди евпаторийских татар «народное возмущение» и неповиновение властям. Спустя какое-то время татары Евпатории подняли мятеж с нападениями на имения русских помещиков (с. 16-18).
Несмотря на тревожное время, тяжелая почта и денежная корреспонденция отдаленным путем продолжала идти в Россию через Феодосию и Арабатскую стрелку на Мелитополь, минуя небезопасный Перекопский тракт. В Геническе с этой целью находился специальный почтовый чиновник.
В Мелитополь через Геническ выехал прокурор Феодосии, а уездный суд 8 сентября перебрался в Геническ. Сюда же перебрался и Феодосийский карантин, опасаясь высадки десанта.
С Байдарского поста поступили сведения, «что татары в местах занятых неприятелем, поступают предательски, доставляя во враждебный стан на своих подводах фураж, пригоняют стада овец и рогатого скота, похищаемых насильственно в экономиях, указывают неприятелю местности, предаются грабежу и вооруженной рукой противоборствуют нашим казакам. Подозрительные и изобличенные, пойманы казаками и заключены под стражу». (с. 21).
11, 15 и 17 декабря 1854 г. неприятельские суда появились у Феодосии. Подошли к Егорлыцкому Куту и обстреляли. Повторилось это и 23 января и 20 февраля. Большая часть жителей подалась через Арабат на север, а транспорт с тяжестями войск ушел на Керчь. Неприятельские суда постоянно курсировали вдоль берегов.
12 мая 1855 г. сделан десант в Камыш-Бурун и неприятель занял Керчь и вошел в пролив. Жители разбежались в панике. Татары ближайших деревень отложились к неприятелю. Командующий войсками восточного Крыма , в июне 1955 г. обратился к местному населению с требованием : не оставлять хлеба несжатыми, траву нескошенной и не предаваться отчаянию. Продолжать работы, а скот перегнать через аванпосты в сторону Арабата.
13 мая неприятельские суда вошли в Азовское море, обстреляли рыбный завод и ушли на Геническ. 31 мая подошли к Бердянску. 15 июня, по донесению мелитопольского земского исправника, семь неприятельских пароходов подошли к двум, стоявшим у Геническа, и 16-го произвели стрельбу по Стрелке, направляя выстрелы на фуры, переправившиеся туда за солью. Причем сожгли 90 фур и ближайшие к берегу хутора, между Геническом и почтовой станцией Набиркина, а несколько бомб было направлено на паром и Геническ. (с. 26).
С 21 июня до конца месяца ежедневно производился обстрел Геническа и тамошних батарей; неприятель пытался высадиться в Геническе, а 26-го в Бердянске, но везде был отбит казаками. В начале июня баркас, спущенный на берег Азовского моря, зажег на Арабатской стрелке скирду казенного сена в 5000 пудов. Оставшиеся на Стрелке жители выведены с имуществом, и всякое сообщение по Стрелке и Сивашу было прекращено. (с. 26).
4 июля неприятель открыл огонь по Кириловке и Горелому и пытался высадить десант, но неудачно и был отбит казаками. 5-го попытку повторил и снова неудачно, с тем и отошел. Неприятель бомбардировал и другие места на побережье Азовского моря, сжег рыбные заводы, скирды сена и ушел.
В начале июля почти ежедневно происходила бомбардировка Геническа, причем 7 числа сожжена была церковь.
Чтобы воспрепятствовать неприятелю забирать сено, собранное на побережье, в устье р. Салгир находилось 30 казаков, но в июле 1855 г. такой охраны оказалось недостаточно и тогда вооружили русских крестьян помещика Шатилова, вызвавшегося своими силами вооружить 30 чел. 26 июля сожгли 35000 пуд. сена в имении Атмонай Филибера, а 2-го августа неприятель пытался сделать высадку вблизи Геническа в районе Юскуев, но местные ногайцы вовремя сообщили властям. 11 августа неприятель пожег сено в Кирилловке, а 20-го сжег и саму Кирилловку. 14 и 15 бомбил Атмонай, выпустив 200 ядер.
19 августа бомбил Казантип и 21 высадил в д. Чишке 50 чел. турок. Те пожгли и разграбили все что можно. 27 и 28 сделали попытку напасть на Атмонай, но побоявшись отряда улан, ушли. 5 сентября опять усиленно бомбили Геническ.
В середине января 1856 г. когда Азовское море очистилось ото льда и неприятельские суда вновь вошли в него, сообщение по Арабатской стрелке вновь стало воспрещено, но в феврале, по случаю заключения мира, снова возобновилось (с. 29).
Относительно татарского населения находившегося в сношениях с турками предписано было выселять на жительство в Курскую и другие губернии. Там же, где почтеннейшие люди деревни давали поручительства за свои общества и подписки о бдительном строгом надзоре за своими единоверцами, никаких репрессий не предпринималось. При этом было указано на людей состоящих, на дурном счету. «Высылаемые же татары из простолюдинов использовались на казенных работах, а лица духовные и дворянские содержались на гауптвахте».
Наказали и несколько отставных чиновников, уличенных в присвоении имущества татар. Всего же выслали в Курск свыше ста человек, а в Екатеринославскую тюрьму 49 чел. за ограбление церквей и организацию возмущения среди татар. Но было и совершенно противоположное поведение татар: содействие в отводе квартир, предоставлении удобств, помощь раненным. Некоторые из них награждены были медалями за усердие. В период военных действий, по всему побережью Черного и Азовского морей, было удалено на 25 верст от берега все ,что могло бы служить для продовольствия неприятелю.
В начале мая 1855 г. в Геническе был учрежден госпиталь для раненных и больных, т.к. по мере прибытия войск в Крым, назревали заботы о помещениях для больных воинских чинов, т.к. почти все частные дома в Симферополе были заняты. Легких больных стали перевозить в Херсон, а в нашем уезде в колонии менонитов и колонистов-немцев, оказывающих живое участие в судьбе раненных и больных. Принимали по 1 чел. на 100 чел. жителей. Так 6 ноября приняли 1481 ч., хотя обещали всего 132 чел. «Кого Бог благословил на христианский и человеческий подвиг, тот не встретил никаких тому препятствий»» , – писал директор госпиталей капитан 1-го ранга Барановский губернатору в феврале 1855 г., по поводу размещения страждущих по уездам Таврической губернии.. В июне 1855 г. устроен был госпиталь в Геническе, куда прибыли сестрами милосердия монахини Флоровского монастыря г. Киева. Сюда же в Геническ приезжал и хирург Пирогов. Открывали госпиталя и в других поселениях уезда: Мелитополе, Токмаке, Знаменке. По пути следования открывались полковые лазареты. Для предназначенных к перевозке больных из крымских госпиталей через Чонгарский мост, в марте 1855 г. был учрежден госпиталь на 300 чел. в местечке Геническ в двух домах соляного правления и нескольких частных. На тот момент селение было скудно как помещениями, так и хорошей водою. Это создавало трудности, а появившийся неприятель внес свои коррективы, и госпиталь перенесли в Юскуи.
В июле 1855 г. были устроены складские помещения в Арабатской крепости. Туда доставляли необходимые припасы пароходами из Таганрога, Азова, и забирали раненных и больных. Подобные склады соорудили и в Чаплынке, перед Перекопом.
В период нахождения лазаретов и госпиталей в уезде было организовано дежурство городских священников, начавшееся в конце 1854 г. В помощь этим священникам были назначены и полковые. В праздничные дни священники посещали все госпитальные отделения (свыше 40) для совершения богослужений, исповеди, причащения, назидания и утешения. Расписание было учреждено архиепископом Иннокентием.
С начала 1855 г. по распоряжению главнокомандующего, для предупреждения развития цинги, учредили специальных сборщиков лекарственных трав и приняты меры для закупок лука, чеснока, хрена, редьки среди крестьян и колонистов уезда.
В конце декабря 1854 г. флигель-адъютант князь Кропоткин был командирован объехать южные колонии, в т.ч. и Мелитопольские и обследовать лечебные места. Выяснилось, что смертность достигает четвертой части болящих и раненных.
Тогда же, впервые, прибыли иностранные врачи из Германии и даже Америки. Прибывали врачи из Москвы и Харькова
А в имении Фейна были образованы несколько помещений для слабосильных и выздоравливающих. Дворянство Мелитопольского уезда приняло на свое попечение в декабре 1854 г. 500 раненных. Вместе с русскими раненными содержались и раненные военнопленные французы и англичане. К середине 1855 г. было создано и несколько временных госпиталей и лазаретов, но врачей катастрофически не хватало, в т.ч. в Каховке, Любимовке, Алешках, Мелитополе.
.
Транспорт и пожертвования.

С сентября 1854 г. началась эвакуация больных и раненных из Симферополя. Но от поселян подводы уделять было нельзя в это время, а обыватели были заняты перевозкой войск, то употребили подводы привозившие из Геническа провиант. Везли больных и раненных до Ярошков от Чонгарского моста, а отсюда уже специально заготовленными палатой госимущества подводами. Для этих же целей использовали и чумацкие фуры, привозившие из Геническа провиант. Так отправили 1520 чел. Устроена была медицинская помощь и исполнение треб православными священниками из ближайших приходов.
Отмечены были случаи, что сопровождавшие их офицеры бросали умерших, не сказав имени, фамилии и вероисповедания, и даже тяжелораненных, не довезя их до госпиталя. По словам губернатора Адлерберга, здесь были «невыносимые противоречия и несоответственные распоряжения» при крайнем недостатке подвод и изнурении скота». В конце декабря отправление транспорта приостановили из-за сильных холодов. С началом января отправили больных на ногайских подводах до Мелитополя. А молочанские колонисты согласились принять 1000 чел. Подводы эти ни на что более не занаряжались, а по пути устанавливались промежуточные пункты для ночлега, отдыха, обогревания и кормления. С каждым транспортом предполагалось посылать двух сердобольных вдов в особых тарантасах, снабженных чаем и сахаром. Но подводы под воз больных большей частью оставались открытые, неудобные, ветхие и без всякой подстилки, а то было, начало февраля, время холодное и мокрое. В мае государственные крестьяне уезда приняли на свое попечение еще 1000 чел. нижних чинов приняв на себя и их перевозку.
Были и безпорядки: пищи не хватало, не было досок на захоронения, погонщики буйствовали, воровали сено, не слушались офицеров. Не хватало воды для питья, обеда, топлива и соломы. Занарядили заготовителем для армии купца Цукермана. На пунктах обогрева устроили печи на счет помещиков и поселян, там же было топливо и солома на подстилку.
От Симферополя до Геническа этапы были следующие: Шибань, Ташлы-Даир, Джаркую, Мечетлы-Китай, Тюп-Джанкой, Ярошик, Геническ
.
Пожертвования: Мелитопольского уезда

Мелитопольские колонисты – 220 четв. овса и 124 картофеля. Государственные крестьяне – 4 пуда корпии, 2 пуда бинтов, 2 пуда компрессов и 593 рубахи.
Волостные головы и депутаты ногайского народа представили доверенность о принятии от них пожертвований, в т.ч. и 1000 голов рогатого скота.
Русские поселяне прибрежной линии организовали в отряды охотников, пеших и конных для охраны обозов.
Диакон Успенской церкви Иоанн Белый пожертвовал – третью часть своего состояния. Дворянское сословие – 2339 р. Госкрестьянин – ногаец Али Бердикулатов – 50 овец. До 13 января 1855 г. госкрестьяне сдали в провиантские магазины 14560 четв. сухарей. Помещик Потье – 100 четв. овса. Ногайский купец Мещеряков 15 р.
Для раненных и больных находящихся в Мелитопольском уезде поступали и целевые пожертвования от императрицы Александры Федоровны и Марии Александровны. Пожертвования делались из Москвы, Харькова, Казани, Одессы, Екатеринослава, Ростова, Таганрога, духовенством, дворянством и госкрестьянами Полтавской и Черниговской губерний. Внук Екатерины II граф Бобринский, имевший землю в уезде, пожертвовал сахара-рафинада, меда и пр. Поступали пожертвования и от Митрополита Киевского Филарета.
Но указанные пожертвования, как они не значительны, представляют собой только слабую часть тех жертв, которые несло население по случаю войны.
Организовывалось громадное количество транспортов: Мелитопольский уездный предводитель дворянства сообщал: пожертвовано 1000 чет. овса с доставкой в Севастополь, 3274 чет. сухарей и поставлено 2251 подвода, из них 1364 безплатно. Город Мелитополь – подвод воловьих 490, конных 1275 безплатно, расквартировано 13999 чел. Государственные крестьяне уступили в пользу казны 100.000 руб., а также 20.000 пуд квашеной капусты, которую доставили своим транспортом. Русские и ногайцы выставили 800 конных подвод, татары – лошадей и седла. Сами привезли и взяли на попечение 2500 чел.
В 1855 г. только через Чонгарский мост прошло 349.458 подвод. Было выставлено рабочих для исправления и устройства на Чонгарском мосту дамб, дорог, мостов и гатей конных 2424 и пеших 91.390 чел.
В связи с наступившей распутицей провиант из Таганрога, Мариуполя и Ростова свозился к Геническу, где собралось его до 40.000 четв. А с начала марта 1855 г. как в Геническ, так и в Ярошик.
4 июня доставлены были в Карасубазар через Арабатскую крепость бомбы, ядра, картечь и 60 ящиков ружей для Севастополя.
Трудной и сложной операцией оказалась доставка из Геническа и через Перекоп 960.000 чет. провианта, подвозимого из Екатеринослава, Воронежа, Харькова и Курска. Началась она в мае и тянулась до 30 ноября.
В Геническе и Перекопе утвердили по доверенному чиновнику с помощником, следившими за выполнением и оплатой перевозок. Для этой операции обязали поставить повозки от каждого двора. Ввиду огромной массы подвод, 14.000, устроены были еще два дополнительных поста с чиновниками от Перекопа и Геническа на Симферополь, Бахчисарай и Севастополь. Для обезпечения рабочего скота потребовалось 460.000 пудов сена. Заготавливали его в основном в районе Сиваша. По пути следования устроили большое число колодцев и оснастили их. Для надзора за колодцами назначили солдат Крымско-татарского дивизиона, а также казачьи команды. Только вокруг станции Чонгарской было вырыто от 30 до 40 колодцев. Их устройство было поручено инженеру-полковнику Конради, а в помощь ему даны архитектор Соханский и инженер-прапорщик Позен. Кроме того, в Ярошках, Арабате, Каланчаке были устроены помосты – склады для сухарей. В виду небезопасности м. Геническа складочные провиантские магазины перевели в Ярошик. На подвозе топлива в Геническ работало 146 подвод.
В 1855 г. жители уезда мобилизовывались на строительство дороги Симферополь-Севастополь, а в июне-июле на устройство электромагнитного телеграфа от Николаева до Симферополя, а также на развозку столбов, помимо работ на Чонгарском мосту.
В августе 1856 г. возчики Геническа назначены были для перевозки муки и круп из Арабата на Мелитополь.
.
Почта и снабжение.

Расстройство почтовых станций в Таврической губернии началось еще задолго до войны, с 1850 г., вследствие ряда неурожаев. Внезапность перенесения театра военных действий под Севастополь и усиление почтовой гоньбы в ненастное время привело их в печальное состояние. Заведовавший почтовой частью края колонист советник Чарыков 17 октября 1854 г. в представлении на генерал-губернатора Аненкова объяснял, что «на станциях губернии… через Феодосию, Арабат, Мелитополь до Таганрога, разъезд лошадей чрезвычайно усилился… и нет возможности охранить от изнурения лошадей, необходимых для фельдегерей и курьеров». И тогда предложено было помещикам и местным обывателям, за умеренную плату, выставлять погонцев и лошадей.
Усугублялось все обилием выпавших дождей. Помещики и владельцы уезда согласились на поставку подвод на почтовые станции и фуража, как и ногайские общества: брички, хорошей упряжью и ямщиками. Но безпорядков хватало: безобразничали офицеры и казаки.
26 февраля 1855 г. назначили нового главнокомандующего князя Горчакова, начальником штаба Коцебу, дежурным генералом Ушакова. Заведование почт взял на себя полевой почт-директор Чарыков.
«Несмотря на принятые меры, состояние почт в крае, было ужасно в течение всего 1855 г. Помещения для ямщиков были очень грязны и тесны; вокруг станций лежали страшные кучи навоза, на которых иногда спали ямщики» (с. 146). Особые безпорядки были на Чернодолинской и Чаплынской станциях. Для надзора за станциями Адлерберг еще в декабре 1854 г. исходатайствовал офицеров для особых поручений.
Очень серьезно стоял вопрос обезпечения фуражем, и Мелитопольский уезд взялся за его заготовку. Заготовили 1,5 млн. пуд. сена. Его и свезли в Перекоп и Геническ. Доставляли даже каботажными судами Азовского моря из Бердянска в Геническ и Арабат еще 1 млн. пуд. Были присланы косари из Полтавы 3000 чел. в Геническ, а из него распределены в Бердянский, Мелитопольский и Феодосийский уезды, почти по 1000 в каждый.
В самом конце мая в Крыму сенокошение прекратили, по причине занятия Керчи неприятелем. Оставшиеся 54 косца в Геническе, по причине бомбардировок, ушли в Мелитополь. Косцов на Арабатке и в Восточном Крыму направили на выволочку соли в Сиваше.
Громадных затруднений стоило и снабжение войск топливом усилившееся с весны 1855 г. Ввиду расстроившейся поставки и снабжения войск топливом в мае 1855 г. были заключены кондиции на поставку 150.000 пуд. Александровского антрацита с базами в Перекопе и Геническе. Но дело не заладилось.
В Феодосийском уезде топлива не хватало уже в конце октября, а лесной материал отпускался на потребность крепости Арабат и Кинбурн, а также землянок и бараков при Чонгарском мосту .Большое количество дров требовалось на военные хлебопекарни. Рубились и фруктовые деревья.
Оставшиеся после войны бараки и сараи выставлялись на аукцион. В Геническе госкрестьяне и жители иных сословий единодушно решили – материал от бараков и землянок продать с торгов и вырученные деньги обратить на устройство Успенского собора, сгоревшего в войну. Палата госимуществ приговор утвердила, выручили 2518 р. 18 к., из которых, 200 р. отдали на местную синагогу.

Соль и цены.

Для потребности войск, в Крыму оставлено было 250.000 пуд соли, и до 1 млн. разрешено было продать. Казенная цена оптовой продажи соли в Крыму была: из внешних озер Геническа, Кинбурна, Перекопа 27 к пуд, из внутренних – Евпатория, Керчь, Феодосия – 4 к пуд.
Для работ привлекали и татар. Чумакам разрешали самим собирать соль у берегов в интервале между обстрелами.
Для выволочки 20 млн. пуд соли из Сиваша назначили 1500 чел. госкрестьян Феодосийского, Днепровского и Мелитопольского уездов. Ногайцы тайком брали соль ночью из ближайших озер, хотя имели право пользоваться ею открыто, по данному им в 1805 г. праву.
В июне 1855 г. произвели замену войск у Сиваша на дружины, вместо 17-й армии. Разместили дружинников Курского ополчения в Верхнем Рогачике и Геническе. В июле пришло и Тульское подвижное ополчение. Использовали их в основном для караула и охраны.
В Геническе собралось много новых жителей из беженцев
.
Цены февраля 1855 г. по Мелитопольскому уезду, предписанные главнокомандующим от возвышения «от духа спекуляций»
Мука чет (7 пуд 10 фунтов) – 3 р 50 к
Крупа чет (10 пуд) – 3 р, ячменя 3 р 50 к, овса 6 р,
Летом пуд соли 25 коп, соломы 12 к – это были самые низкие цены по губернии.
Перевозка с пуда на 100 верст 1 р 50 к и ниже.
Поденный работник с лошадью 2 р 70 к, с парой волов 2 р, чернорабочий 75 к
Пуд мяса – 3-3,5 р. фунт сахара 50 к
Пуд соли 65 к, крупа гречневая 16 р, угля четверть 2,8 р.
Сало 5 р пуд, воз дров 6-13 р.
Лук пуд 1 р 95 к, редька 85 к, хрен 20 к, чеснок 5 р. картофель 1,30.
Бумаги, железных, стальных и деревянных изделий, перцу, постного масла и уксуса в продаже не было. Всех спасала рыба.
Работали бани и постоялые дворы
О гостинных дворах для раненных .

Из письма Председателя Дворянства г. Мелитополя от мая 16 дня 1856 г. Его превосходительству Господину Таврическому губернскому Учредителю Дворянства Н.Н. Куликовскому: «Вследствие чего сделал предложение гос. Дворянам Мелитопольского уезда, и они с радушным удовольствием согласились устроить на почтовых станциях Мелитопольского уезда гостеприимные дворы для проезжающих на родину изувеченных в сражениях гос. Офицеров, каковые и устроены с последних чисел марта месяца».

Восстановление порядка.

Восстановление порядка происходило в течение всего 1856 г.
В городах оставляемых оккупантами водворяли гражданский и полицейский порядки. Чиновники и управления принимали у неприятеля города и районы, которые они занимали. Особо обращали внимание на медицинскую часть. Войска сразу не вводили, во избежание заболеваний. Обращалось внимание на сообщения людей, контрабанду и подозреваемых.
По эстафетам приказано возвращаться присутственным местам, ранее покинувшим поселения и города.
11 мая все турецкие войска с командовавшим пашой из Евпатории отправились в Константинополь. 18 мая покинули полуостров французы. Выехало и 7000 татар, остальные узнав о помиловании остались.
Благочинный крымских церквей Роданов отслужил благодарственный молебен об оставлении города неприятелем
Последние войска ушли 23 июня, оставив Севастополь. В апреле 1856 г ушли сардинские войска, 30 июня англичане.
Оставались иностранцы торговцы и бродяги на 6-ти недельный срок. Объявлены были аукционы по распродаже оставшегося имущества. По полуострову шлялись турки и армяне, всех кто не хотел уезжать пригрозили посадить в острог. Небольшая часть оставшихся , изъявила желание принять Российское подданство.
По окончании войны правительство и администрация Таврической губернии, были заняты вопросом о вознаграждении населения за понесенные во время войны убытки, выяснением принесенных обывателями жертв и отбытых повинностей.
С этой целью были представлены соображения по «пособиям».
Для крестьян Таврической губернии с указания государя куплено было 3000 пар волов, армией отпущено еще 1500 голов и на 1000 пар выделены деньги. В апреле 1856 г. было возмещено еще 7000 пар. Для Мелитопольского уезда определено 1000 пар волов. Окончательно делили на сельских сходках.
На край было отдано и 11 тыс. лошадей и 3500 повозок от расформированных 6-ти конных полубригад, 4 из которых расформировали в Мелитополе. Геническу выделили 80 лошадей и 40 повозок (с. 226). Дворянство уезда от вознаграждения отказалось.
Потери госкрестьянами за период войны в губернии составили с 1 мая 1854 г. по 1 мая 1856 г. – 12.817 лошадей, 35.019 волов и 523 верблюда.
Мелитопольским крестьянам возвратили 10.000 четвертей ржи, а также до 10.000 четвертей армейского провианта. Много запасов продано с публичных торгов.
С того времени пошла торговля в Рубановке мукой, общество которой закупило тогда 360 чет. муки и крупы с рассрочкой платежей на 2 года.
Мелитопольский исправник просил назначить до 1000 чет. муки и 200 чет. круп из мелитопольских складов для раздачи нижним чинам уезда по ценам правительства. Ходатайствовали о помощи и вольные матросы Бердянска и Геническа, всего 31 чел.: мужчинам солдатскую порцию, женщинам и детям – половину до 1 августа 1857 г.
Во всех городах губернии учреждены были комитеты помощи пострадавшим от войны.
Генерал-майор Вагнер распорядился обезпечить осиротевших вследствие обороны крепости Арабат, а также оставшихся в живых нижних чинов.
Генерал-адмирал великий князь Константин Николаевич принял сердечное участие в судьбе раненных и изувеченных матросов уроженцев Таврической губернии: все семейства матросов были выпущены из крепостничества.
По окончанию войны в губернии проживало 398.971 душа обоих полов, в Мелитопольском уезде 88.566 душ, в т.ч. помещичьих крестьян 15.247 душ, колонистов 12.819 душ, купцов 3 гильдии 821 душа, мещан 287, разночинцев 9, евреев 199 (из них больше трети в Геническе). При этом: капитал общественного призрения 1.543.345 р., крестьянский 729.670 р., государственный 7.329 р.
Было произведено следствие о сожжении в Геническе в мае 1855 г. правительственных запасов (с. 246).
За свой патриотический подвиг во время Крымской войны население Таврической губернии, кроме указанных выше материальных пособий, удостоено было особой награды, высочайшей благотворительной грамоты, пожалованной 26 августа 1856 г, в день коронации императора Александра II.
Грамота хранится, согласно повеления императора, в Симферопольском кафедральном соборе.
Для принятия ее собрались 18 октября 1856 г. в Симферополе губернский и уездные предводители дворянства, городские и волостные головы, депутаты от колоний, таврический муфтий с почетнейшим магометанским духовенством.
Ее приняли и перенесли в собор где совершили литургию при большом скоплении народу. По окончании литургии совершен был благодарственный молебен по случаю высочайшей милости
.
Общие выводы

Край в общем не был подготовлен к военным действиям: дороги в очень плохом состоянии, почтовое дело в крайнем растройстве; не было подготовлено ни фуража, ни провианта для войск, ни госпиталей и всего необходимого для нужд больных и раненных; губернская администрация, не вполне выяснившая положение дел края, была захвачена врасплох. Но справедливости ради, сверхчеловеческим трудом были исполнены разумно, серьезно, деловито и деятельно действия губернатора Пестеля, графа Адлерберга и Жуковского. Много понесла трудов Палата госимущества во главе с управляющим Брадке и Таврическая казенная палата.
Благословенная Таврида с честью вынесла постигшее ее испытание, скоро оправилась от него и вполне обновленно встретила начинающуюся зарю новой жизни.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *